Ipomoea Suen Jah
Amicus cognoscitur amore, more, ore, re.
22.05.2012 в 17:43
Пишет Andras Moremaa:

Я могу логически думать во сне...
"- Ну хоть где-то ты умеешь думать" (с) мать







Я... Зачем я здесь? Что я здесь делаю? И кто эти люди?
Комната была похожа на типичную темно-коричнево-оливковую комнату заговорщиков из кино. Длинный стол во всю длину небольшой комнаты с одним, но высоким, мутным окном. Люди что-то обсуждали между собой, а их глава был похож на толстого бизнесмена в буро-рыжем костюме, с подтяжками на круглом пузе, желтоватой рубашкой, которая была удивительно ему в пору и не выглядела грязной или старой, человек с небольшой лысиной среди коротких, жидких и взлохмаченных волос.
Казалось, эти люди обсуждают что-то совершенно отстраненное... Строительство? Наверное, опять ради прибыли и без раздумий о том, что их супермаркет или гостиница уничтожат часть природы и принесут неудобства местным жителям... Но вот один из присутствующих раскрывает свое лицо, врывается полиция - и у главы этого собрания отбирают сперва небольшой пакетик белого порошка, а затем находят и большой, в котором наркотик упакован в сотню равных порций. "Ты попался", - говорю ему я... Потому что я один из агентов под прикрытием. Этот человек был очень неосторожен, как бы он не пытался отговориться, как бы не кричал, что это не он.
А потом, наверное, заслуженный отдых на берегу моря. Приятный пляж, не очень жарко, веселые люди вокруг. Нет, все-таки рядом что-то построили, рядом с берегом, в начинающихся зарослях, что-то... Что-то, в принципе, нужное, типа библиотеки. А затем принялись строить на берегу моря, перед гостиницей или даже домом, где я живу. Строители придумали интересный способ постройки, я восхищался ими, хоть и не был очень доволен тому, что теперь под моими окнами постоянно будут слышны детские вопли - раздражающие и громкие. Этой новой постройкой была школа, и пусть она была небольшая, но должна была стать уютной.
Я улыбался. Разговаривал с одним из руководителей стройки - высоким молодым мужчиной. Пожалуй, он был слишком высок... Но красив и приветлив, с ним было приятно разговаривать, он много шутил и радовался своему делу. Мы вышли на берег, он оживленно объяснял мне идею своего изобретения, что так строить быстрее, не нужны лишние материалы на опоры и леса, рабочим удобно... Это было действительно интересно...
На берегу было много людей. Они радовались, рассматривали здание на его начальной работе, мечтали, что их дети получат здесь образование... Я улыбался, смотря на все это. Небывалое спокойствие вдруг наступило внутри меня, наверное, такое чувство можно назвать частицей счастья и удовлетворения от жизни. Все дурные черные мысли отступили, я просто жил - и был этим вполне доволен. Вот так внезапно, без материальных сокровищ, без чудес, со своим одиночеством и верой в землю, что под ногами, в море, что пахло водорослями, в свободное небо...
Я посмотрел на море. Ведь я не очень люблю воду, не люблю жару, джунгли и не стремлюсь к такой жизни. Но здесь мне было хорошо и, пожалуй, я бы остался здесь жить. Смотреть на тот неприметный дом в джунглях, наблюдать за детьми, которые будут шуметь у меня под окном, вдыхать сладковатый запах ярких цветов этих краев и приторный запах моря.
Море. Почему ты так манишь?..
Я присмотрелся и увидел высокую волну. Хорошо серферам, подумал я и улыбнулся снова... Но волна все увеличивалась, росла, пока не стала похожа на пасть зверя. Какая огромная... Высокая... Красивая. В ее цвете смешалась лазурь и синева небес, индиго Вселенной, загадочный изумруд растений, искрящееся мертвое солнце и белый гребень пены. Я не мог оторваться, не мог сдвинуться с места - зачарованный, изумленный красотой и трепетом перед внезапной силой. И на это творение жестокого прилива смотрели все жители. Их загорелая, с мягким медным оттенком кожа так отличалась от белизны падающих потоков...
Это цунами, вдруг подумал я - и закричал:
- Цунами! Бегите! Все бегите!
И люди очнулись. Они закричали и стали бежать прочь. На возвышения, подальше - говорил им я, направлял, а когда понял, что злые воды приближаются, побежал в то единственное место, где мне, может быть, удастся выжить - дом, где я жил. Я бежал, чувствуя за собой беззвучный рев, я чувствовал угрозу спиной и боялся обернуться - бежал, задыхался, по деревянной лестнице вверх, наблюдая за несколькими людьми, которые тоже пытались укрыться на верхних этажах.
Я знал, что волна уже достигла дома; он словно стонал, что-то гремело, падало, ломалось. Я забежал в какое-то помещение с двумя дверями и разделяющей эти двери неширокой стенкой. Кажется, до этого дня это был большой балкон, где жители могли выпить прохладный напиток и спрятаться от полуденного солнца. Я прижался спиной к стене и уперся руками в косяки - они позволяли просто ухватиться за них. Глупая надежда удержаться. Из дверей по обе стороны от меня хлынула рыжая, грязная и пенящаяся вода. В ней плавали обломки, упаковки от еды, оторванный декор, куски мебели... Мусор. Уже мусор.
Вода словно обожгла пальцы левой руки, и я дернул ей. Почему мне было так неприятно? А может, просто страшно. Я молился, я просил все силы, чтоб эта гневная вода не нашла меня, не разбила стену, которая меня защищала.
Меня разбудили. Но я все еще помнил эту необыкновенную красоту надвигающейся волны. "Я хочу увидеть ее снова", - подумал я и заснул, желая, чтоб сон продолжился.
И я увидел продолжение.
Оно началось так же, как и прошлый сон: снова эти люди, снова этот человек в костюме, только комната уже другая: черная, с темным деревом мебели и хрусталем.
- И снова ты попался.
А ведь его предупреждали. И почему его выпустили? Почему он продолжил и дальше заниматься наркотиками, зная, что его все равно вычислят? Теперь ему будет еще хуже.
А после случилось тоже что-то страшное. Не землетрясение, не буря... Что-то...
Но я не помню что.


URL записи

@музыка: Zbigniew Preisner – Damage

@темы: публикация снов, правда, интересное, kuroi.asahi, .цитируя свои сны.